Мережковский и Леонардо: как русский роман оказался среди источников Фрейда

Работая над очерком о Леонардо да Винчи, Фрейд опирался в том числе на роман Дмитрия Мережковского. В этом очерке всплыла и знаменитая ошибка: коршуна в немецком переводе приняли за грифа.

В 1910 году Фрейд опубликовал небольшую работу «Леонардо да Винчи. Воспоминание детства». Это был один из первых опытов психоаналитического разбора жизни творца. Но для исследования биографии Фрейду требовались источники, и среди них он упомянул роман русского писателя Дмитрия Мережковского «Воскресшие боги», известный также как «Леонардо да Винчи».

Роман о Ренессансе

Мережковский написал роман на рубеже XIX и XX веков. Это была часть трилогии «Христос и Антихрист», где автор сталкивал христианскую и языческую традиции. Роман о Леонардо был переведён на немецкий язык и стал популярным в Европе. Фрейд читал его и использовал как один из источников сведений о характере художника, хотя прекрасно понимал, что это художественное произведение.

Детское воспоминание

В центре очерка стоит запись Леонардо, в которой он вспоминает, что в колыбели к нему прилетела большая птица и коснулась его губ хвостом. Фрейд увидел в этом образе след раннего детства и связал его с тем, что в раннем детстве у Леонардо, по его версии, было как бы две матери, а отца рядом не было. Он также указал на древнеегипетский символ матери, в котором изображали птицу, и на другие параллели.

Ошибка в слове

Однако в немецком переводе, которым пользовался Фрейд, птица названа грифом. Позднее выяснилось, что в оригинальной записи Леонардо назвал её итальянским словом, которое означает коршуна, то есть другую птицу. Эта неточность поставила под сомнение часть рассуждений. Некоторые критики заявили, что вся концепция основана на ошибке перевода. Другие возразили, что общая идея очерка не зависит от вида птицы, но многие мотивы Фрейда действительно связаны со словом «гриф».

Любопытным продолжением стала история картины «Святая Анна с Марией и младенцем». Швейцарский пастор и психоаналитик Оскар Пфистер заметил, что в складках одежды на полотне можно увидеть контуры птицы. Многие отнеслись к этому наблюдению скептически, но оно стало знаменитым.

Как оценивать очерк

Историки искусства и психологи спорят о ценности этой работы. Одни считают её увлекательным экспериментом, другие видят в ней пример опасности, когда теория подгоняет факты. Сам Фрейд понимал рискованность такого метода и писал о том, что результаты нельзя считать окончательными.

Мережковский стал косвенным участником этой истории. Русский писатель, вероятно, не думал, что его роман станет частью научной полемики, но так сложилась его судьба. Литература и психоанализ в начале XX века всё время пересекались.