Две тысячи богов на письменном столе: коллекция Фрейда

Фрейд собирал древности как другие курят: страстно и без оглядки на деньги. На его столе стояли египетские, греческие и римские статуэтки, а метафора раскопок стала основой его метода.

Посетители кабинета на Берггассе первым делом замечали не диван и не книги, а ряды небольших статуэток на письменном столе. Египетские божества, греческие богини, римские фигурки и китайские нефриты стояли вплотную друг к другу. К концу жизни у Фрейда было более двух тысяч предметов.

Когда началась страсть

Коллекционировать он начал во второй половине 1890-х годов, после смерти отца. Это был период самоанализа и тяжёлой работы над «Толкованием сновидений». Он покупал у венских антикваров и во время поездок, особенно в Италии. Деньги у Фрейда были небольшие, поэтому он выбирал вещи тщательно, торговался и иногда годами откладывал покупку. Приобретая очередную фигуру, он радовался, как ребёнок.

По письмам видно, что Фрейд называл увлечение чем-то похожим на зависимость. Когда он не мог что-то купить, то мучился. Привычка приносила и пользу: рассматривая фигуру, он думал, писал и ассоциировал. Некоторые статуэтки стояли прямо перед ним, чтобы он мог брать их в руки во время работы.

Метафора раскопок

Самое важное в этой истории то, что археология стала для Фрейда моделью психоанализа. Он сравнивал память с городом, погребённым под слоями времени, а аналитика — с исследователем, который осторожно снимает слой за слоем, чтобы увидеть то, что сохранилось. В «Конструкциях в анализе» (1937) он прямо писал, что у аналитика и археолога похожая задача: на основании фрагментов восстановить утраченное.

Фрейд внимательно читал отчёты о раскопках, в том числе Трои и Помпей. Работа Йенсена «Градива» привлекла его потому, что там археолог оказывался в плену бессознательной фантазии. Для него город под пеплом был образом психики.

Бегство и возвращение

При отъезде из Вены коллекцию удалось вывезти благодаря помощи Мари Бонапарт и других друзей. В Лондоне Фрейд снова расставил фигуры у себя на столе, и посетители отмечали, что он без них чувствовал себя неуютно. До смерти он оставался с ними: рассматривал, перекладывал, иногда показывал гостям любимые вещи.

Что осталось

Основная часть коллекции сохранилась в Лондоне, в доме на Мерсфилд-Гарденс. Подбор предметов говорит о вкусах Фрейда. Он любил египетских богов, греческие скульптуры и римские рельефы, но отдельно ценил вещи, которые будили его воображение. Для создателя метода, основанного на свободных ассоциациях, такой выбор вполне логичен: вещь ценна не только датировкой, но и тем, что она заставляет думать.