Сигара и тридцать операций: как Фрейд шестнадцать лет жил с раком

В 1923 году у Фрейда нашли опухоль нёба. Он перенёс более тридцати операций, носил болезненный протез и не бросил ни сигары, ни работу.

Фрейд курил почти всю взрослую жизнь. По воспоминаниям родных и коллег, он выкуривал много сигар каждый день и говорил, что без них не может сосредоточиться. Он знал о риске: врачи неоднократно советовали ему бросить, а сам Фрейд пытался несколько раз, но возвращался. Он писал, что курение даёт ему способность работать и самообладание.

Первая операция

Весной 1923 года Фрейд заметил на нёбе болезненное разрастание. Диагноз поставили не сразу: ему сказали, что это лейкоплакия, и предложили небольшое хирургическое вмешательство. Операцию сделал отоларинголог Маркус Хайек, и оно прошло так неудачно, что у Фрейда началось сильное кровотечение. После этого он оказался в клинике, а позже стало ясно, что речь идёт о раке. Радикальную операцию сделал известный хирург Ганс Пихлер. Ему удалось удалить часть верхней челюсти и нёба, а затем он остался лечащим врачом Фрейда на всю жизнь.

Протез, который Фрейд называл «чудовищем»

После операций верхняя челюсть Фрейда осталась без части тканей: рот и носовая полость соединялись. Чтобы он мог говорить и есть, понадобился сложный протез-обтуратор. Он был тяжёлым, мешал, причинял боль, натирал и требовал постоянных подгонок. Фрейд носил его много лет и в частных разговорах называл «чудовищем». Протез приходилось снимать и чистить, а надевать порой удавалось только с большим усилием. Речь стала неразборчивой, слух на правое ухо ослаб.

Работа вопреки боли

За следующие шестнадцать лет Фрейду сделали больше тридцати операций: удаляли подозрительные участки, облучали, прижигали. Врачи пробовали и экспериментальные методы лечения. Тем не менее он продолжал принимать пациентов, писать статьи, руководить международным движением и редактировать журналы. В 1923 году вышла «Я и Оно», позднее «Будущее одной иллюзии», «Недовольство культурой» и «Моисей и монотеизм». Перед приёмом он иногда отказывался от обезболивающих, чтобы сохранить ясную голову, и принимал только самые слабые средства.

Дочь Анна стала для него сиделкой, секретарём и помощницей: она ухаживала за протезом, сопровождала отца на лечение и представляла его на конференциях. С 1929 года личным врачом Фрейда был Макс Шур, который впоследствии описал последние годы в книге «Фрейд: жизнь и смерть».

Что это говорит о Фрейде

Историки видят в этом драматичном периоде и силу, и парадокс. Основатель психоанализа писал о влечении к смерти и самосохранении, а сам упорно сопротивлялся болезни и не отказывался от привычки, которая её поддерживала. Фрейд любил говорить о том, что люди редко действуют так, как велит рассудок. Эта история показывает: он не был исключением и знал об этом.